Бывший подъесаул уходил воевать
На проклятье отца и молчание брата
Он ответил: "Так надо, но вам не понять"
Тихо обнял жену и добавил: "Так надо".
Он вскочил на коня, проскакал полверсты, но, как вкопанный, встал у речного затона
И река приняла ордена и кресты и накрыла волна золотые погоны.
И река приняла ордена и кресты и накрыла волна золотые погоны.
Ветер сильно подул, вздыбил водную гладь, зашумела листва, встрепенулась природа
И услышал казак: "Ты идешь воевать за народную власть со своим же народом".
И услышал казак: "Ты идешь воевать за народную власть со своим же народом".
Он встряхнул головой и молитву прочел и коню до костей шпоры врезал с досады.
Конь шарахнулся так, как от ладана черт, от затона, где в ил оседали награды.
Конь шарахнулся так, как от ладана черт, от затона, где в ил оседали награды.
Бывший подъесаул в той войне победил,
В той жестокой войне за народное дело
И за это его СовНарКом наградил
В 21 году на Лубянке расстрелом.
А затон все хранит в глубине ордена и вросли в берега золотые погоны
На года, на века, на все времена, непорушенной памятью Тихого Дона.
На года, на века, на все времена, непорушенной памятью Тихого Дона.
"
